Полная версия

Дело принимает фантастический оборот

  09 ноября 2018, 10:15 988
Анна Королева «Expert Online» 2018
ЕКАТЕРИНА ШТУКИНА/ПРЕСС-СЛУЖБА ПРАВИТЕЛЬСТВА РФ/ТАСС
Премьер Государственного совета КНР Ли Кэцян и премьер-министр РФ Дмитрий Медведев (слева направо) во время церемонии официальной встречи в Доме народных собраний
Амбициозные планы, о которых было объявлено в ходе визита Дмитрия Медведева в КНР, реальны, а это 200 млрд долларов торгового оборота, при том, что наконец достигнуты «10–12 лет назад казавшиеся фантастическими» 100 миллиардов. Но на пути к этому целое «китайское море» препятствий.

Из чего состоят 100 млрд долларов оборота

Энергетика, нефть, газ, нефтепереработка, высокие технологии, включая пилотируемую космонавтику, спутниковые навигационные системы, создание новых материалов, IT и в том числе искусственный интеллект, а так же, конечно, сельское хозяйство были названы Дмитрием Медведевым как наиболее перспективные в экономическом сотрудничестве России и Китая направления на 23-я регулярной встрече глав правительств России и Китая.
И, как заявил там российский премьер: «Китайская Народная Республика сегодня является крупнейшим внешнеторговым и инвестиционным партнёром нашей страны. В этом году мы выйдем на уровень 100 млрд долларов торгового оборота, который ещё лет 10–12 назад казался нам фантастическим. А сейчас мы уже говорим о других рубежах – о возможности выхода на 200 млрд долларов торгового оборота».
В переговорах с премьером Госсовета КНР Ли Кэцяном не были обойдены вниманием и сложности, которые дипломатично обозначены в официальных сообщениях как следствие недавних «недружественных действий ряда стран» и «отдельных государств», разрушающих международный торговый порядок. Но, последний еще постоит, тем более, что Китай и Россия, естественно, соединят для этого усилия. Официальный визит российского премьера в КНР прошел с 5 по 7 ноября 2018 года.
Для того чтобы говорить о реальных перспективах дальнейшей диверсификации российского экспорта в Китай, для начала следует рассмотреть структуру исходящих товарных потоков, говорит управляющий партнер экспертной группы Veta Илья Жарский. Итак, по итогам первых восьми месяцев 2018 года (наиболее актуальная информация ФТС), 76,1% экспорта формируют минеральные продукты, в структуре экспорта которых доминирует нефть и нефтепродукты (96%). При этом 85% трансграничных поставок обеспечивает государственная компания Транснефть, это важно с точки зрения понимания перспектив перехода на расчеты в национальных валютах и к этому аспекту мы вернемся позже.
Вторым по значимости товаром, который наша страна экспортирует в Китай, является лес и пиломатериалы, на них по итогам января-августа пришлось 7% или 2,4 млрд долларов (против 26,8 млрд долларов, полученных от продажи минеральных продуктов). Кроме того на экспорт идут машины и оборудование (2.6% и 908 млн долларов), металлы (2.7% и 939 млн долларов), бумага (2.4% и 844 млн долларов), ну и продукты животного происхождения (2.5% и 871 млн долларов). Раз уж в рамках встречи на уровне правительств двух стран речь шла о расширении экспорта именно по данной категории, рассмотрим ее структуру более детально, говорит эксперт.
Итак, по итогам 8 месяцев, в сравнении с показателями предыдущих лет, структура экспорта продуктов питания из России в КНР не изменилась, и по-прежнему единственным пунктом здесь остается рыба и морепродукты.
Всего за указанный период в Китай отправлено этой продукции на 857 млн долларов, что составляет более 98% стоимости всех экспортированных в народную республику товаров по данной номенклатурной категории. Еще мы отправляем в Китай орехи, мед, яйца, молоко и сыр. Но, например, молока и сливок за восемь месяцев, в соответствии с данными ФТС, было экспортировано всего на 3 тыс. долларов, даже сгущенного молока было отправлено на 254 тыс. долларов. Так что, если не считать полюбившейся китайцам сгущенки, отечественная «молочка» на местном рынке практически не встречается. Мясной продукции Россия в Китай не поставляет вовсе.

Все наоборот?

Интересно в общем-то то, что проблема заключается отнюдь не специфичности гастрономических предпочтений китайцев и не в отсутствии спроса, указывает Илья Жарский. По уровню потребления свинины Китай занимает безоговорочное первое место, потребляя 52% всего производимого в мире мяса свиней, являясь при этом еще и крупнейшим импортером. Но российской свинины на китайском рынке нет и в ближайшее время не будет: об этом у нас не принято говорить, но в нашей стране уже несколько лет продолжается эпидемия африканской чумы свиней и рядом стран, в том числе и Китаем, закупки свиней и свинины в России строжайше запрещены.
С молоком все тоже не так просто, указывает аналитик. Несмотря на то, что традиционно молоко, молочная продукция и сыры не пользуются на рынке Китая хоть сколько-нибудь высоким спросом, уже 10 лет за счет изменения потребительских привычек растущего городского населения растет его потребление в целом по стране. И если 10 лет назад на одного гражданина КНР приходилось всего 5,3 кг молока в год, то сейчас это уже более 11 кг. Рынок молочной продукции Китая в связи с изменением потребления является одним из наиболее перспективных, тем более, что самостоятельно, в связи с отсутствием возможности расширения пастбищ для молочного скота и неблагоприятной экологической обстановкой в стране в целом, китайские аграрии удовлетворить даже столь невысокий спрос не могут.
Как результат, все без исключения ведущие экспортеры сухого молока и молочных продуктов устремились на китайский рынок. Здесь, в том числе, присутствуют и европейские производители, которые получили возможность компенсировать потери от закрытия для них российского рынка, А вот российская молочка встречается в Китае в виде разве что жестяных банок со сгущенкой и плавленого сырка. И проблема заключается в том, что китайский рынок не только перспективный, он еще и высококонкурентный.
Российские производители, увы, признает Илья Жарский, внешних рынках существенно уступают конкурентам по соотношению цена-качество. Так что вопрос развития экспорта российской молочки в Китай — это не политический вопрос, который может быть решен росчерком пера представителей правительств. Это вопрос, который предстоит решить куда более могущественному участнику экономической деятельности, а именно потребителю, который выбирает товар, оценивая его цену и вкус.
Возвращаясь к вопросу перехода на расчеты в национальных валютах, эксперт отмечает, что и здесь политика не является определяющим фактором. Если не считать нефть, то экспортные потоки, в том числе и по продуктам питания, формируются за счет контрактов негосударственных частных предприятий, зачастую — индивидуальных предпринимателей. И если при расчетах за нефть правительства двух стран могут согласиться нести дополнительные издержки, связанные с конвертацией валют, то никаких рычагов принуждения частного бизнеса к расчетам в нацвалютах ни у правительства Китая, ни у правительства России нет.
Бизнес будет рассчитываться в той валюте, в которой ему выгодно, а выгодно ему, с учетом того, что контракты заключаются по общему правилу в наиболее стабильной валюте, рассчитываться в долларах, поскольку ни курс рубля, ни курс юаня, увы, сегодня стабильными не являются. С сожалением стоит констатировать, заключает Илья Жарский, что пока что экспорт российских продуктов в Китай может носить исключительно символический характер, в то время как расчеты в нацвалютах будут применяться практически исключительно по контрактам на поставку нефти и нефтепродуктов.

Брать Китай в оборот можно и необходимо

Так или иначе, но товарооборот России с Китаем за последние два года растет гигантскими темпами отмечает руководитель Центра аналитической информации ГК TeleTrade Сергей Лысаков. Еще в 2016 году он рос всего на 2,2%. Но за два года прибавил 30 млрд долларов, при этом в 2017 году он вырос почти на 21%.
В 2018 году сохраняются аналогичные темы роста товарооборота. Россия все больше импортирует из Китая, указывает аналитик. Это заметно даже по полкам российских магазинов, а также по растущим объемам заказов россиян на Alibaba.
Необходимо наращивать долю российского экспорта в Китай, уверен Сергей Лысаков. Сейчас Россия экспортирует больше, чем импортирует из Поднебесной, но это соотношение снижается. Российский премьер не назвал сроков, к которым Россия и Китай выйдут на объемы взаимного торгового оборота в 200 млрд долларов. Но амбициозные цели ставить необходимо. Как считает Сергей Лысаков, в перспективе пяти лет, при сохранении динамики торговли, достижение этой цели вполне реалистично.
Одним из перспективных направлений является экспорт сельхозпродукции в Китай, в частности молока, мяса, сои, зерновых, говорит он. Определенные успехи в этом направлении в ходе визита Дмитрия Медведева в Китай появились. Не стоит забывать, что в условиях торгового противостояния с США Китай готов наращивать торговлю с другими странами. Китайские власти объявили о льготном режиме торговли. Но Китай остается довольно прагматичным в своих взаимоотношениях, а российский рынок не является первостепенным для КНР, полагает аналитик. Общий объем китайской торговли в сентябре 2018 года в годовом выражении составил около 4,3 трлн долларов. Около 600 млрд долларов из этого объема приходится на США.
Важным моментом можно назвать и договоренность России и Китая развивать взаиморасчеты в национальных валютах, добавляет Сергей Лысаков. В большей степени это важно для России, так как может помочь российской валюте и экспорту из РФ. Но стоит помнить, что китайские банки склонны соблюдать американские санкции в отношении расчетов российских компаний по экспорту, предпочитая не иметь с ними дело. Поэтому потребуется и политическая воля двух государств, чтобы экспортные операции России смогли проходить через китайскую финансовую систему беспрепятственно.


Источник
Новости партнеров
 
Загрузка...