Полная версия

Gazeta Finansowa: где и как Кремль нанесет удар?

  15 апреля 2019, 13:15 492

4 апреля в Вашингтоне прошло заседание Совета евроатлантического партнерства — важнейшего политического органа НАТО. Мероприятие было приурочено к 70-й годовщине создания Альянса. Представитель принимающей стороны Майкл Помпео произнес фразу, которая опровергла опасения по поводу изоляционистских настроений, царящих в администрации Дональда Трампа.
Прошло 70 лет
Госсекретарь США заявил: «Сегодня мы с гордостью отмечаем прошлые достижения НАТО. Однако лучшим способом отдать должное гению создателей пакта будет снова и с еще большей решимостью подтвердить приверженность нашим принципам сдерживания, демократии и коллективной обороны». Далее, развивая свою мысль, Помпео подчеркнул, что НАТО следует адаптировать к новым опасностям. Каким именно? Речь идет, разумеется, о неконтролируемой миграции и киберпреступности, однако, самую серьезную угрозу, по мнению американского политика, представляют российская агрессия и стратегическая конкуренция со стороны Китая, которые угрожают «идеалам наших народов и нашей коллективной безопасности».

Призвав членов Альянса повышать уровень готовности к отражению любых атак, Помпео привел в пример то, как НАТО реагировала на советскую угрозу. «Она была реальной, поскольку коммунизм представлял общую опасность для Запада. Нам пришлось рисковать, чтобы сформировать наш альянс, но это принесло огромные дивиденды», — подчеркнул он.
Было ли выступление госсекретаря наполнено исключительно пустой риторикой, призванной успокоить европейских партнеров и убедить их, что американцы готовы следовать Вашингтонскому договору? Определенно нет, о чем свидетельствует высказывание главнокомандующего силами НАТО в Европе.
Необходимо повышать расходы на оборону
В ходе недавних слушаний в Конгрессе генерал Кертис Скапаротти (Curtis Scaparrotti) заявил, что Россия в долгосрочной перспективе останется стратегическим противником: «Кремль стремится подорвать безопасность США, поэтому Россия оказывает воздействие на граничащие с ней страны, расшатывает евроатлантическую солидарность и разрушает международный уклад, опирающийся на прежние нормы». Генерал, имея в виду американскую армию, подчеркнул: «Я выступаю от имени тысяч отважных мужчин и женщин, которые сейчас служат на европейском оперативном направлении». Он добавил, что размер контингента США в контексте наращивания Россией своего военного потенциала у границ НАТО выглядит недостаточным, а изменить положение можно только при помощи увеличения количества сухопутных подразделений в Европе, размещенных как на ротационной, так и на постоянной основе.
Мнение Скапаротти разделяет Трамп, встречавшийся накануне юбилея НАТО в Вашингтоне с Йенсом Столтенбергом. Оба политика пришли к консенсусу по вопросу о том, что европейским членам Альянса следует довести объем своих оборонных расходов до уровня в 2% ВВП. Говоря об угрозе, исходящей со стороны Москвы, норвежец напомнил, что «Гитлера невозможно было остановить мирными протестами, Сталина нельзя было сдерживать словами, а ИГ (запрещенная в РФ организация, — прим. ред.) нельзя было победить диалогом».
Эта фраза, которая сразу же вызвала бурный протест со стороны Кремля, пожалуй, лучше всего демонстрирует современные опасения по поводу сохранения мира в европейском и глобальном масштабе. Предупреждение на таком уровне сложно пропустить мимо ушей, ведь в оценках масштаба и источника угроз сходятся важнейшие лица в Альянсе и в американской администрации. Той же линии придерживаются и европейские СМИ, которые призывают модернизировать натовские структуры и вооружения. Эту точку зрения, как кажется, разделяют даже немцы, которые обычно занимают сдержанную позицию, когда речь заходит о России. «Западные лидеры, судя по всему, сильно недооценивали готовность Кремля произвести новый раздел Европы, так что НАТО следует заняться подготовкой», — писала газета «Бильд». «Путин вооружается против Альянса», — предупреждало издание «Вельт».
Когда и почему?
Французский историк Филипп Фабри (Philippe Fabry), проанализировав международные конфликты прошлого, пришел к выводу, что война между Россией и НАТО вероятнее всего начнется в 2019-2024 годах. Причиной, по которой на Европу упадут российские ракеты, станет политика Трампа. В решающий момент США откажутся выполнять требования Пятой статьи Вашингтонского договора, а оставшиеся без поддержки Польша, Франция и Германия будут вынуждены пойти на уступки Москве. За мир придется заплатить роспуском НАТО и финляндизацией континента, а увенчает российскую операцию воссоздание Организации варшавского договора, в состав которой могут войти, например, Италия и Греция.
Прогноз французского эксперта отражает существующие в Европе страхи, однако, сейчас Трамп, Помпео и Столтенберг полностью их развеяли. Кроме того, Фабри непоследователен: в дальнейшей фазе войны он предсказывает вторжение в Европу американских сил. Интересен, однако, не сам сценарий, который он предлагает, а его определенное сходство с анализом авторства Дмитрия Тренина. Директор Московского центра Карнеги, выступая в эфире «Радио Свобода», предсказал, что курса на обострение отношений с Западом Россия будет придерживаться в течение ближайших лет, то есть в тот же временной промежуток: в 2019-2024 годах.
В дальнейшем, как полагает Тренин, кремлевские властные элиты могут заняться переосмыслением места РФ в мире, а, следовательно, и серьезной корректировкой внешнеполитической стратегии. До этого Москва, однако, продолжит заниматься гибридными операциями, которые могут привести к локальным военным конфликтам.
Тренин уже в прошлые годы предостерегал об опасности случайных военных инцидентов, способных спровоцировать развязывание Третьей мировой войны. Сейчас ситуация выглядит еще более опасной. Тревогу усиливает недавний выход Вашингтона и Москвы из Договора о ликвидации ракет средней и меньшей дальности. Если американцы разместят в Европе такие средства доставки ядерных боеголовок, Россия почувствует, что у нее может не остаться времени на военный ответ.
Риск развязывания открытого конфликта
Стремясь предотвратить такое развитие событий, россияне станут наращивать свой стратегический потенциал и, возможно, даже решат нанести превентивный удар по европейской части НАТО и прежде всего по американской территории. Еще с советских времен стратегическое послание Москвы гласит: «Не думайте, что за океаном вы находитесь в безопасности. Мы превратим вас в пепел в первую очередь».
Риск развязывания войны между Россией и НАТО связан не только и не столько с геополитической обстановкой. Как говорит директор Московского центра Карнеги, сейчас у конфликта нет идеологической основы, поскольку США, Россия и Китай конкурируют друг с другом лишь за обретение мировой гегемонии.
Между тем возможно возникновение отдельных инцидентов или гибридных ударов, в том числе невоенного характера. Важным фактором, ограничивающим всех игроков, остаются их взаимные экономические связи. Напав на НАТО, Россия понесет огромный ущерб, ведь кремлевские элиты уничтожат собственное состояние, инвестированное в США и Западную Европу. Если удар будет нацелен не на Альянс, то кому же он может грозить?
Легко заметить, что даты, которые указывают эксперты, говоря о потенциальном конфликте, совпадают с последним президентским сроком Путина. Тренин также говорит о том, что разворота внешнеполитического курса Москвы можно ожидать лишь в «постпутинскую» эпоху. Отвечая на вопрос, справится ли Кремль с новой гонкой вооружений, эксперт упоминает о внутренних сложностях, то есть об экономическом, финансовом и общественном потенциале. Российская сырьевая экономика зависит от колебаний мировой конъюнктуры, в результате бюджет наполняется нерегулярно, а это не позволяет одновременно вкладывать средства и в социальную сферу, и в вооружения. Все более сильное влияние на Россию оказывают также западные санкции, отрезавшие российскую промышленность (в первую очередь оборонную) от необходимых технологий.
Путин в ловушке
Путин оказался в безвыходном положении. Даже символический экономический рост не гарантирует ему достижения необходимого темпа развития экономики или обретения средств, которые нужны на гонку вооружений. То есть у России нет шансов ни занять место в глобальной экономике, ни продвинуться в рейтинге мировых держав. В связи с этим российские власти решили аккумулировать резервы и направить их не на инвестиции или реформы, а на смягчение последствий международной конфронтации. Вторая, становящаяся все более актуальной цель — это предотвращение социального взрыва.
Учения авиационного истребительного полка в Приморском крае
Россияне уже, правда, привыкли к кризисным условиям, которые сказались на уровне жизни и объемах потребления, однако, повышение пенсионного возраста и постоянные попытки налоговиков залезть в их карман переполняют чашу терпения. Огромное имущественное расслоение, неэффективный государственный аппарат и вездесущая коррупция служат дополнительными факторами, склоняющими россиян заявить «с нас хватит» и начать искать виновных.
Эти настроения отражаются в опросах общественного мнения. Респонденты мечтают уже не о стабилизации, а о переменах к лучшему. Рейтинг популярности Путина не бывал таким низким со времен уличных протестов против фальсификаций на выборах в 2012 году. В 2014 этот показатель взлетел вверх после «возвращения Крыма в родное лоно», однако, эффект аннексии работать перестал. Людям надоела международная конфронтация, они задаются вопросом, почему их деньги идут на авантюры в Сирии, на Украине, а теперь в Венесуэле?
Проблема в том, что Кремлю не удастся повысить социальные показатели без экономических реформ, внедрение которых усилит желание граждан свергнуть действующий режим. В таких условиях Путин может в любой момент стать бременем для собственных элит, которые, боясь лишиться своего положения и миллиардных доходов, решат сами убрать его или выставить козлом отпущения. Они бросят его на растерзание улице, и так сбудется самый страшный сон этого автократа.
Уже сейчас российские аналитики сравнивают Путина не со Сталиным, а с Николаем I, который правил почти 30 лет и раздвинул границы империи, но одновременно ввел в стране полицейский контроль. Он изолировал Россию от мира и прогрессивных идей (что обернулось печальными последствиями), а также взрастил революционеров-радикалов. Отсталая держава понесла унизительное поражение в Крымской войне и уже никогда не смогла догнать в цивилизационном плане весь остальной мир. В ту эпоху российская агрессия против Европы была безуспешной попыткой остановить процесс внутренней деградации. Решит ли Путин обратится к тому же методу в наши дни?
Третий или четвертый уровень опасности?
Историк Михаил Геллер писал о территориальной ненасытности России, связанной с желанием обеспечить безопасность границ. Новые приобретения не отвечали принятым критериям, поэтому появлялся повод для очередных завоевательных войн. Когда распался СССР, американские стратеги условно раздели территорию бывшей империи на четыре ключевые с точки зрения России буферные зоны. В первую они включили Украину, Белоруссию и Казахстан. Во вторую — Кавказ, в третью — Среднеазиатские республики, в четвертую — Литву, Латвию и Эстонию, которые тем временем успели стать членами ЕС и НАТО.
Как указывают в своем обзоре авторы журнала «Форин полиси», Москва не вступит на путь военной конфронтации с Альянсом, пока не восстановит буферную зону, то есть не обретет полный контроль над постсоветскими государствами, чтобы не попасть в ситуацию, когда США откроют несколько фронтов противостояния. На самом деле Путина сейчас интересует прежде всего сохранение власти и престижа как можно более низкой ценой. Он хочет повысить свой рейтинг и отвлечь внимание общества от плачевной общественно-экономической ситуации. Ему нужен успех, маленькая победоносная война, а не глобальная или континентальная катастрофа. Такой войной может стать очередная гибридная операция, не требующая привлечения значительных военных сил по меньшей мере на начальной стадии, как при реализации украинского сценария.
Кстати, об Украине. Россияне (как, впрочем, и европейцы) уже устали от этого конфликта. На то, что ситуация стала тупиковой, указывает факт, что и Запад, и Россия взаимно обозначили в этой стране «красные линии», которые нельзя пересекать противнику. Эскалация напряженности в Донбассе все еще возможна, хотя с точки зрения Москвы такой сценарий не выглядит привлекательным. Может быть, тогда Молдавия или Грузия, которые тоже выступают предметом конфронтации России и западных стран? Они слишком малы, чтобы россияне оценили их аннексию или подчинение. Кроме того, ситуация в Тбилиси или Кишиневе уже развивается в выгодном для Кремля направлении. В Молдавии разгорается коррупционный политический кризис, в котором роль отрицательного героя играют проевропейские силы, из-за чего симпатии избирателей склоняются на сторону пророссийских движений. Похожую ситуацию мы наблюдаем в Грузии, которая после войны 2008 года, не отказываясь от членства в НАТО, стала проявлять осторожность и искать собственный путь в выстраивании отношений с Москвой.
Что сказать о Казахстане? Пожизненный президент Нурсултан Назарбаев неожиданно сложил с себя полномочия, чем напугал Москву, задумавшуюся, какой курс изберут его преемники. Тревогу выражает также живущее в стране русское меньшинство (25% населения), а его защита всегда может стать удобным предлогом для военного вмешательства. Однако Казахстан — это Азия, к тому же государство, сильно связанное с Китаем. Между тем Путину нужен стремительный успех, а не конфликт с Пекином, так что о развитии ситуации в этой азиатской республике следует говорить в контексте более долгосрочных планов.
Третий уровень опасности может объявить только Белоруссия. В последние четыре года между Москвой и Минском нарастали проблемы, связанные с запретом на импорт белорусских продовольственных товаров и спорами на тему объема российской финансовой и энергетической помощи. Сейчас отношения двух стран можно назвать «холодной конфронтацией», как бы удивительно это ни звучало при том, что они входят в состав одной конфедерации (Союзное Государство России и Белоруссии), предполагающей взаимные экономические и таможенные преференции, а также существование военной коалиции.
Эксперты центра Карнеги указывают, что прежняя модель сосуществования Москвы и Минска исчерпала себя. Россия заявила, что готова дотировать белорусскую экономику, только если белорусы пойдут на более тесную интеграцию. Это не что иное, как предложение стать одним из российских регионов, принять которое минские властные элиты во главе с Александром Лукашенко никак не могут. Однако выбора у них нет. ЕС не хочет интегрироваться с Белоруссией из-за колоссальных структурных отличий, кроме того, такая инициатива послужила бы Путину поводом для объявления войны. С другой стороны, без российских дотаций белорусскую экономику ждет крах, так что с точки зрения Кремля в такой ситуации лучше всего надавить на белорусские элиты. Если они будут сопротивляться, в ход пойдут компрометирующие материалы и коррупционные предложения.
Это тоже можно назвать гибридной войной. В конечном итоге произойдет переворот, произведенный руками искренних пророссийских патриотов, считающих, что белорусы — это такие же русские люди, как жители Донбасса или Казахстана. Впрочем, в государственном аппарате белорусского государства, в том числе в его спецслужбах, столько представителей кремлевской «пятой колонны», что Минск сам бросится Путину в объятия.
Зачем Россия угрожает Западу войной
Если тезис о том, что российские аппетиты ограничиваются постсоветским пространством верен, зачем тогда россияне угрожают войной Западу? Отчасти это связано с идеей, что Россия сама стала жертвой американской агрессии, а Вашингтон стремится уничтожить встающую с колен державу, отобрать у нее полезные ископаемые и уничтожить конкурента на энергетическом рынке. Другое объяснение — это глобальная нестабильность, проявлением которой стал конфликт между Россией и Западом. Катализатором послужил украинский Майдан, а сейчас Москва увидела, что у нее появились шансы на победу. Путин убежден, что западная модель капитализма и либеральной демократии переживает еще более тяжелый кризис, чем Россия, и находится на грани упадка.
Ракетный крейсер "Маршал Устинов" на репетиции парада в честь Дня Военно-морского флота в Кронштадте. 20 июля 2018
Время работает на Кремль, нужно только гибридными методами разрушить главные инструменты безопасности: НАТО и ЕС. Их падение позволит России стать глобальной державой, а Путину — спокойно наслаждаться властью, ведь россияне увидят, что никакого альтернативного пути развития нет. В краткосрочной перспективе шантаж НАТО войной — это нечто вроде стратегической диверсии. Он отвлекает внимание противника от основной цели Москвы, которая стремится восстановить гегемонию на постсоветском пространстве, в том числе поглощая такие страны, как Белоруссия.
Идеальным орудием саботажа могут стать страны Балтии, в особенности Латвия и Эстония с их большим русскоязычным меньшинством. Российские спецслужбы успешно используют лозунг «русского мира», то есть объединения всех соотечественников в государстве Путина. Это уже испробованный метод дезинтеграции стран Балтии, ограничения их суверенитета и, наконец, расшатывания европейской и атлантической солидарности. В последнее время разведка Альянса, а также силы безопасности Литвы, Латвии и Эстонии собрали множество доказательств того, что Россия им пользуется. Общим знаменателем выступает провал программ интеграции русских в локальное сообщество. Под маской лояльности они скрывают предательство, занимаются шпионажем и организацией провокаций на национальной почве. Русскоязычное население для Путина — это всего лишь удобный инструмент ведения гибридной войны.
Может ли вся остальная Европа, Польша и НАТО чувствовать себя в безопасности? Пока да, но когда сложатся благоприятные обстоятельства, то есть когда Запад продемонстрирует малейшую слабость или колебания, свидетельствующие об утрате солидарности, Россия (с Путиным или без него) сразу же приступит к формированию безопасных границ. Она будет стремиться расширить буферную зону и возродить пятый внешний периметр империи, то есть, в частности, ПНР, ГДР и Чехословакию.
Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.

Источник
Новости партнеров
Загрузка...